Внучка Максима Горького Дарья Пешкова рассказала «ФАКТАМ» о том, каким она запомнила своего знаменитого дедушку
Ольга СМЕТАНСКАЯ, «ФАКТЫ» (Москва)
17.06.2011

http://s5.uploads.ru/t/oa81c.jpg

Ровно 75 лет назад ушел из жизни известный писатель, автор произведений «Мои университеты», «На дне», «Жизнь Клима Самгина», «Мать»…
Спектакли по пьесам Максима Горького «Дети солнца», «На дне», «Васса Железнова» сегодня идут в ведущих театрах Москвы. В одной из постановок «Жизнь как жизнь» (по пьесе «Зыковы») Государственного академического театра имени Евгения Вахтангова играет внучка Горького актриса театра Дарья Пешкова, служащая в этом театре с 1949 года. Мы беседуем перед репетицией в гримерной о том, каким она запомнила своего знаменитого дедушку, Максима Горького (псевдоним Алексея Максимовича Пешкова).

— Я родилась в Неаполе в 1927 году, — рассказывает Дарья Пешкова. — До 1932 года в Италии мы жили большой семьей: дедушка, папа, мама, я, сестра Марфа, которая на два года старше меня. Потом переехали в Москву. Дедушка был очень добрым. Он нас с Марфой обожал! Строгость проявил лишь дважды. В Сорренто в доме, который мы снимали, была детская столовая, где нас с Марфой кормили. Каждый день на завтрак нам давали творог или манную кашу. Я эту еду видеть уже не могла! Стала творог и манку выбрасывать в камин.
Мне было тогда пять лет. Взрослые полагали, что ребенок все съедал. Но однажды разразился скандал. В камине завелись… мыши! Началась паника страшная. В чем дело, догадался дедушка. В дверную щель он подсмотрел, как я выбрасываю еду, открыл дверь, схватил меня за шкирку и громко стал отчитывать: «Как тебе не стыдно? Дети у нас в России голодают, а ты такое делаешь!» К слову, сейчас на доме, где мы жили, установлена мемориальная доска. Лет пять назад, отдыхая с мужем в Сорренто, я разыскала свою ровесницу Аду, с которой в детстве дружила. Особняк, который мы тогда снимали, купил ее племянник и разрешил побывать в доме. Там все до неузнаваемости изменилось. Спустя годы только аллея апельсиновых деревьев, ведущая к морю, осталась такой же.
— А что за второй случай, когда дедушка проявил к вам строгость?
— Мы уже жили в Горках — под Москвой. В гости к дедушке приехал известный французский писатель Ромен Роллан с женой. Она была русская, поэтому все ему переводила. Жили они у нас почти целый месяц. Дом был большой, двухэтажный. Меня и Марфу из наших комнат на втором этаже переселили на первый. Обиделись мы жутко! Правда, вскоре успокоились.
Дедушка и его гость часто брали нас на прогулки. Как-то из одного ателье нам с Марфой как внучкам Горького прислали в подарок голубые с синими ласточками шелковые платья. Невероятно красивые! До этого мы ходили только в ситцевых, шелковых тогда практически не было. Счастью нашему не было предела! Явились к дедушке в столовую, где он сидел с Роменом Ролланом. Алексей Максимович взглянул и строго сказал: «Что это такое? Откуда?» Ему объяснили. «Немедленно снять эти платья и отправить в детский дом!» — был вердикт. Можете себе представить, как мы обе рыдали. Правда, на дедушку невозможно было долго сердиться.
— Какие привычки Максима Горького вам запомнились?
— Очень любил смотреть на огонь. Камины были во всех домах, где он жил. В Крыму — в Тессели, куда мы приехали сразу после Италии (это необходимо было для акклиматизации), каждый вечер разжигал костер, для которого мы с Марфой собирали хворост и шишки. Запомнилось, что по утрам на завтрак дедушке разбивали в бокал два сырых яйца, и он выпивал их. Еще любил кофе. Одевался неброско. Костюмы предпочитал в серых тонах, рубашки — голубые.
— В советской школе Горький был программным писателем. «Детство», «В людях», «Мои университеты» считались автобиографическими произведениями. Сейчас некоторые историки литературы полагают, что многое в своей биографии Горький, мол, придумал.
— В этих произведениях действительно описан нелегкий путь, который дедушка прошел.
«Алексей Максимович невероятно тяжело переживал смерть 36-летнего сына»
— Каким образом Горький попал в Италию?
— Ленин порекомендовал, причем настоятельно. Под предлогом, что там благоприятный для здоровья Горького климат. На самом деле, думаю, Алексей Максимович мешал ему — слишком уж был непредсказуем.
— Ваш отец — сын Горького Максим работал у дедушки секретарем?
— Папа помогал дедушке, принимая участие практически во всех его делах. Отец был очень талантливым человеком: владел итальянским и французским языками, великолепно рисовал и писал. Однажды произошел забавный случай. По заданию партии отец поехал в Сибирь и попал в глухую деревню, где проводили электричество. Наблюдая невероятное счастье людей, написал рассказ «Лампочка Ильича» и послал в московскую редакцию под именем Максим Пешков. В редакции решили, что это Горький, и прислали гонорар… дедушке.
— Умер ваш отец совсем молодым — ему было всего 36 лет…
— Ему помогли уйти — споили, ведь папа много видел и знал. Спаивали на банкетах в Москве. Один за другим произносились тосты за Сталина, за Советскую власть — попробуй не выпить! Однажды, случилось это осенью в плохую погоду, отца привезли домой сильно выпившим и оставили на скамейке на улице, где он заснул. В результате простудился, получив двустороннее воспаление легких, и умер. Тогда никаких ведь антибиотиков не было. Его смерть стала для семьи шоком. Папа всегда был крепким и здоровым, занимался спортом. Дедушка очень любил сына и переживал случившееся невероятно тяжело. Когда мы переехали в Крым, часто надевал папино пальто и подолгу сидел в нем на скамейке у дома или гулял в саду.
— Существуют версии, что Максиму Горькому тоже помогли уйти из жизни.
— Выдумок много! Например, что ему привезли отравленные конфеты. Где логика? Он ведь непременно угостил бы внучек. Дедушка очень болел. В семье считается, что умер он от воспаления легких, которые всегда были его слабым местом. Чувствуя близкий исход, просил, чтобы меня и Марфу периодически приводили к нему. Мы садились рядом, слушали его рассказы…
С каждым днем дедушке становилось хуже. От Сталина прислали для ухода за Горьким профессиональную медсестру. А когда Алексей Максимович уже был при смерти, к нему приехали Сталин, Молотов и Ворошилов. Накануне визита медсестра уколола дедушке камфору, и ему вдруг так полегчало, будто он совершенно здоров. Говорили о литературе, о разных делах. Общались, правда, недолго. Постепенно самочувствие Горького стало ухудшаться. Ушел он тихо. Помнится, на улице лил ливень, была сильная гроза. Нас позвали, когда дедушки не стало.
— После смерти дедушки уклад жизни вашей семьи изменился?
— Как ни странно, резких перемен не было. Дедушка ушел из жизни в 1936 году. Мы продолжали жить в Горках и на Никитской улице в Москве. А когда началась война, я и Марфа уехали в Ташкент — к маминой сестре. Бабушка и мама прибыли позже — спасали огромную библиотеку дедушки. После войны мы вернулись в свою московскую квартиру на Никитской. А когда там сделали музей, переехали в другую.
— Ваша бабушка Екатерина Павловна и Максим Горький были ведь в разводе?
— Тем не менее сумели сохранить дружеские отношения. Дедушка бабушку очень уважал, они переписывались постоянно. Бабушка приезжала в Италию. Познакомились они так. Бабушка работала корректором в самарской газете, где Максим Горький публиковался. Подробностей их романа не знаю — расспросы в нашей семье не приветствовались. Екатерина Павловна была красавицей и великой женщиной: возглавляла Красный Крест, много помогала людям.

— Известно, что музой Максима Горького была известная актриса Мария Андреева.
— Брак с Андреевой не был зарегистрирован. Дедушка говорил, что два медведя в одной берлоге не уживутся. У него был сильный характер, у нее тоже. Об отношениях Максима Горького с Марией Игнатьевной Будберг подробностей не знаю. Она не раз приезжала в гости к бабушке, а после смерти Екатерины Павловны гостила у мамы. Но о личном мы Марию Игнатьевну никогда не расспрашивали.
— Ваш дедушка общался с Шаляпиным, Буниным, Чеховым, Луначарским, Репиным, Станиславским… Кого из них вы запомнили?
— Я видела Сталина, Молотова, Ворошилова. Они много раз приезжали в Горки. Но я в то время была еще совсем ребенком.
— Сталин вернул Горького из Италии в Россию с расчетом на то, что Горький увековечит его в своем творчестве?
— В то время Алексей Максимович имел большой авторитет в мире. Сталину очень понравился очерк о Ленине, и он уговаривал писателя создать подобный и о нем. Горький не отказывался, но так ничего и не написал.
— Правда ли, что Сталин всячески ублажал писателя: предоставил особняк в Москве, дачи в Горках и в Крыму, для поездок по стране выделил персональный вагон, а при жизни писателя город Нижний Новгород переименовали в Горький, Тверскую улицу в Москве назвали его именем?
— В Крым он действительно ездил в специальном вагоне с большой столовой, прочими удобствами. Что же касается переименований в его честь, то Горький был категорически против.
— Совсем недавно именем Максима Горького назвали одну из улиц на острове Капри. Почему, по вашему мнению, итальянцы так чтят память Горького?
— Он много писал об Италии и помогал итальянцам, в том числе деньгами, хотя богатым человеком не был. Жил на гонорары, которые ему присылали из России. А вообще, Горького чтят сегодня во всем мире. Недавно мы с мужем отдыхали в Португалии. Гуляя, зашли в книжный магазин, ради интереса поинтересовались, есть ли у них книги Горького. Нам показали полное собрание сочинений на английском языке. Продавец сказал: творчеством Горького весьма интересуются. Пришлось признаться, что я внучка писателя.
— Будучи школьницей, вы, как и все дети, изучали произведения Горького…
— Конечно! Учились мы с сестрой Марфой в 175-й московской школе, считающейся образцовой. Славилась она хорошими педагогами и строгой дисциплиной. Фамилия директора была Гроза. Потом директор поменялся, начали принимать только детей из семей членов правительства. Там учились дочь Молотова, сын Берии, дети Микояна… С Марфой, к примеру, в одном классе училась дочь Сталина Светлана. А со мной за одной партой около двух месяцев во втором классе сидел сын американского певца Поля Робсона, когда тот приезжал на гастроли в СССР.
Благодаря нашей с Марфой домашней воспитательнице немке Магде Гинкен, доброй до невозможности, я знала немецкий язык, говорила на нем совершенно свободно. Сыну Поля Робсона я переводила все, что рассказывала учительница. Это были самые счастливые дни моей жизни.
— Как складывались ваши отношения с детьми советской элиты?
— Ну, к примеру, в моем классе учился сын известного авиаконструктора Героя Советского Союза Сергея Ильюшина Володя. Мы дружили, после уроков вместе ходили домой — жили рядом. Потом девочки и мальчики стали заниматься в разных школах. И вот накануне какого-то праздника должны были приглашать бывших наших одноклассников на вечер. Я написала, что хочу пригласить Володю Ильюшина. Вдруг меня вызывает Жемчужина — жена Молотова (она состояла в родительском комитете) и заявляет: «Его будет приглашать моя Светлана, а не ты!» Я возмутилась: «Почему? Это несправедливо!» Несмотря на давление, сказала ей категорическое «нет». Спустя время Светлана и Володя поженились, но жили вместе недолго.
Еще запомнился страшный случай. В нашей школе учился сын наркома авиационной промышленности Шахурина Володя. Своеобразный мальчик. На переменках с ребятами не играл, а стоял в стороне и наблюдал. И вот приехал в Москву дипломат Константин Уманский. Его очаровательную дочь определили к нам в школу. Девочка всегда была одета в чудные платьица — форму тогда не носили. Володя влюбился в нее. Но скоро посол СССР в Мексике Уманский с семьей должен был покинуть страну. Чтобы попрощаться, Володя пригласил его дочь на Каменный мост, с которого открывается вид на Кремль. Там он… застрелил девочку, а потом себя. Очень страшная история, так как вскоре вся семья дипломата погибла в авиакатастрофе.
— Как сложилась судьба вашей сестры Марфы Максимовны? Она ведь была замужем за сыном Берии?
— Да. Их сын сейчас живет в Киеве, сотрудник одного из НИИ. А Марфа закончила архитектурный институт, но так сложилось, что не работала, воспитывала детей. Живет сегодня в Москве.
— А ваши дети чем занимаются? Кто-то из них пошел по стопам великого прадеда?
— Писателей нет. Сын — дипломат, работает в МИД, дочь — театральная актриса.
— Что в вашем доме напоминает о знаменитом дедушке?
— Абсолютно все мы отдали в музей — о его создании бабушка хлопотала еще при Сталине. В особняке, где мы жили, полностью сохранились кабинет Горького и его совершенно потрясающая библиотека.

http://fakty.ua/134802-vnuchka-gorkogo- … oe-delaesh